Степан Гавриш
в интернет-пространстве:

Степан Гавриш о военных судах и страхе руководителей в погонах
31.03.2017

Гражданский суд Украины приговорил боевого генерала Виктора Назарова к семи годам заключения. Его обвиняют в халатном отношении к военной службе. В частности, признали виновным в смерти 49 человек в результате падения 14 июня сбитого боевиками военно-транспортного самолета Ил-76 над аэропортом в Луганске

Президент Украины Петр Порошенко выразил свое недовольство таким решением суда. Он предложил «восстановить специальные военные суды в соответствии с существующими международными практиками».

По словам главы государства, «оценивать действия командиров в боевых условиях должны военные специалисты, военные эксперты и военные судьи, а не гражданские».

Нужны ли Украине отдельные военные суды, кто пытается влиять на судебную ветвь власти и какие здесь есть ключевые риски для страны, Politeka рассказал политик, доктор юридических наук Степан Гавриш.

О суде над Назаровым

Осуждение боевого генерала Назарова — серьезный прецедент. Ведь в Украине де-факто идет война с Россией. Хотя военное положение так и не было объявлено. Однако существуют некоторые черты, которые приближены к военным реалиям. Например, действует закон о военно-гражданских администрациях. Есть Министерство оккупированных территорий. Решение по Назарову не поможет создать какие-то новые правила ответственности за совершение военных преступлений. Скорее это возвращение к дискуссии об Иловайске, Дебальцево и других масштабных событиях, которые могут быть квалифицированы как военные преступления.

Приговор суда состоялся исключительно под давлением общественности. В первую очередь родственников погибших. Ведь генерал отдавал распоряжения в условиях, когда было совершенно точно известно, что аэропорт окружен боевиками, у них есть зенитно-ракетные комплексы, которые могут достичь цели. У самолета не было достаточной защиты. Так что в этом плане решение Фемиды — идеальное. Семь лет за преступную небрежность — адекватное наказание.

Однозначно, это серьезный шаг со стороны суда о наказании высоких военных чинов. И это важно в контексте дискуссии о сдаче Крыма, Донбасса. Последствия этой истории беспокоят руководство Минобороны, Генштаба. Ведь прецедент действует психологически на других руководителей Вооруженных сил Украины. Особенно на тех, которые принимали ошибочные и даже преступные по своей сути решения. С другой стороны, это сильно влияет на общественность, которая потребует привлечь к ответственности виновных.

Однако приговор еще проверит Апелляционный суд. Генерал не находится под стражей. Его выпустили на свободу под незначительный залог. Даже не лишили воинского звания. Кроме Апелляционного суда, есть еще Верховный. И президент имеет право помиловать. В последнем случае это лишь усилит конфликт между главой государства и общественностью.

О военных судах

На сегодняшний день в судах общей юрисдикции возбуждено более 1500 уголовных дел в отношении украинских военнослужащих. За прошлый год привлечены к ответственности не более 36. По этим лицам приняты разного рода приговоры. Кого-то выпустили на волю, кого-то — лишили свободы на восемь лет. Так что процесс продолжается.

Сегодня введение военных судов — это усиление давления на общество без принятия стратегического решения о признании Украины воюющей стороной в войне с РФ.

Военные суды в Украине ликвидировали еще в 2010 году. В прошлом они рассматривали дела против военнослужащих. Восстановление таких судов — дискуссионный вопрос. Здесь важен механизм их внедрения. Оптимальный вариант — в пределах судов общей юрисдикции. Это точно не должны быть специально выделенные суды, которые действуют за закрытой для адвокатов и общества дверью. Поскольку следует понимать, что в делах с определенным уровнем тайны адвокаты должны иметь соответствующие допуски. Как правило, они эти допуски получить не могут. Поэтому их роль выполняют вчерашние правоохранители, работники СБУ. В таких условиях говорить о полноценной защите очень сложно.

Совсем другая ситуация с чрезвычайными военными судами. Согласно Конституции Украины, они у нас запрещены. Возможно, в случае введения военного положения на прифронтовой территории такие военные суды могли бы быть. Но их надо создать по процедуре, при которой есть возможность проверять принятые решения в высших судебных инстанциях.

Официально мы не признаем Россию агрессором. Называем войну АТО, поэтому в таких условиях вполне достаточно иметь суды общей юрисдикции (как это действует везде в мире), которые выносят приговоры в отношении террористов.

Также должны срочно ввести суды с присяжными. Тогда у обвиняемого будет право выбрать вид правосудия — суд присяжных или военный суд.

Эта дискуссия сейчас должна идти между экспертами и политиками. Потому что судебная реформа, проведенная в Украине, имела политические задачи. Как независимая система власти, правосудие сейчас серьезно отстает в своих возможностях. Оно не выполняет роль противовеса в борьбе между политической властью и интересами общества.

О давлении власти на судебную систему

Порошенко предлагает восстановить специальные суды. Речь идет, по сути, о военных трибуналах. Если в ВР, спекулируя на патриотизме, все-таки эту идею поддержат, то получим определенные риски. Ведь, кроме непосредственно военнослужащих, к ответственности могут привлечь и других граждан, которых обвинят в соучастии. Эта ситуация может ухудшить ситуацию со свободой в Украине.

Военные суды есть в США. Возможно, в качестве компромисса в Украине можно в уже существующих судах выделить специальные коллегии, которые рассматривали бы военные преступления.

То, что у человека на плечах погоны, не гарантирует качественный судебный процесс. Есть ряд международных трибуналов, тот же Международный уголовный суд в Гааге, где заседают не военные, а гражданские юристы. Проблема в том, как действует обвинение и как ведет себя защита. Все решает состязательность судебного процесса.

Президент хотел бы действовать синхронно с судебной ветвью власти. Он возглавил судебную реформу. Хочет влиять на формирование Верховного суда. Советом правосудия руководит АП — это факт.

Суд по Назарову вышел за пределы этого консенсуса. Принял собственное решение. Понимал — если примет другое, то завтра ему самому придется отвечать перед разъяренным обществом. Позиция президента и Минобороны — это не просто беспокойство. Это атака на право суда принимать самостоятельные решения. Это опасный знак для Украины.

Романия Горбач